24 февраля Елена Шерстюк, специалист ЮНЭЙДС по коммуникации и работе с населением в Украине, была вынуждена уехать из Киева. Она вышла с нами на связь, находясь на Западной Украине.

Какими были ваши первые мысли 24 февраля?

Ну, этот день начался очень рано. Мой сын прислал мне сообщение в 5 утра со словами: «Кажется, началась война». Когда я вышла на балкон, то услышала громкие звуки, похожие на разрывы бомб.

Тогда вы и решили уехать из Киева?

Сначала я сидела в машине со своими кошками, а потом, после разговора со страновым координатором и остальным персоналом, решила поехать в свой загородный дом, куда  также приехали мой сын и его жена.

Там было безопасно?

Когда я приехала, то поняла, что там еще хуже, чем в городе. Наш дом находится рядом с аэропортом Гостомель, который стал целью для ракет. Мы практически не спали. Все небо было красным. В этом доме мне очень нравились панорамные окна, но в тот раз это был скорее минус. Стекла все время дребезжали.

Что вы предприняли дальше?

25 февраля в полночь мы решили уехать на Западную Украину. Я пять лет проработала в том регионе, в Детском фонде ООН, и после ездила туда еще несколько раз, так что эта горная местность показалась мне достаточно безопасным вариантом.

Нам пришлось ехать 28 часов подряд, поскольку двигаться нужно было зигзагами, избегая обстрелов и выискивая альтернативы закрытым дорогам и взорванным мостам. Приходилось постоянно менять маршрут. Это было довольно сложно.

Я попросила друзей на месте помочь найти жилье, и в итоге мы поселились в деревянном доме с пятью комнатами и другими семьями и общей кухней.

Поддерживали ли вы связь со своей командой и с руководителем?

У нас в Украине небольшой офис ЮНЭЙДС, и из-за COVID-19 мы уже создали  множество каналов связи: WhatsApp, Viber и т. д. Каждое утро мы проводим что то вроде переклички. Это помогает оставаться на связи. Коллеги из региона и глобальный центр также общаются с нами, что помогает мне чувствовать себя нормально.

Нормально?

Я не могу спокойно спать и есть, но работа, встречи и координация усилий помогают мне сохранять спокойствие и двигаться вперед.

Но за это время у меня выработалась зависимость от новостей. Не могу перестать смотреть и читать о том, что происходит. Я все время думаю о своей квартире в городе, о загородном доме с садом и о том, когда мы все сможем туда вернуться.

Я не жалею о том, что уехала. Я не боец, не служу в армии, так зачем мешать людям делать свое дело. Первую неделю я была в шоке, надеялась, что это быстро закончится, но прошло уже три недели.

Полагаю, вы взяли с собой паспорт и телефон, а как насчет еды и одежды?

Я взяла с собой все важные документы и паспорт, а также свой рабочий компьютер, но у меня была с собой только одежда, в которой я работаю в саду, поэтому с тех пор я ношу мужскую куртку. Наверное, я выгляжу сейчас немного потрепанной, но не я одна такая! (смеется)

Что касается продуктов питания, здесь работают небольшие рынки, и пока что у нас нет дефицита. Мы стараемся чем-то занять себя, помогаем местным женщинам, которые выпекают хлеб. Также в деревне организованы другие общественные мероприятия.

(перебивает сама себя) Слышите это, Шарлотта? Это сигнал воздушной тревоги. Все, закончился.

Пережив подобное, какой совет вы могли бы дать нам?

Во-первых, в такие времена очень хорошо иметь личные связи с людьми. Я не только смогла установить контакт со своими нынешними коллегами, но и пообщалась с бывшими друзьями по работе.

С первого же дня я поддерживаю связь с организациями людей, живущих с ВИЧ, и другими неправительственными организациями, чтобы знать, как у них идут дела. Это означает много звонков, но все это — профессиональные и личные отношения, которые я строила многие годы, и я хотела бы знать, что все эти люди в безопасности.

Должна сказать, что в ЮНЭЙДС действительно хорошо налажен обмен важной информацией о том, какие услуги доступны, где и для кого, например пополнение запасов антиретровирусных препаратов или опиоидная заместительная терапия. Мы собираем необходимую информацию и передаем ее друг другу. До войны я была членом комитета  по надзору и программного комитета Национального Совета по ВИЧ/СПИДу и туберкулёзу, который координирует реализацию грантов Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией, поэтому мы с коллегами по-прежнему пытаемся работать по этим программам. Это непросто, как и в случае с мониторингом, ведь многие люди все еще работают из бомбоубежищ, что усложняет ситуацию.

Очевидно, что стратегическое планирование сейчас затруднено. Вначале все принимали ситуативные решения. Наши партнеры и другие международные организации стремились помочь, и, к сожалению, из-за этого возникало много случаев дублирования. Один раз тебя поросят найти матрасы, потом кому-то понадобился бензин, но теперь все стало более организованным.

Я поняла, что требуется время, чтобы понять, как правильно действовать и реагировать, а еще очень важно найти свою нишу. Не нужно распыляться.

Хорошие советы. Нужно определять роли и использовать сильные стороны каждой организации, чтобы работать лучше как единое целое?

Именно. Еще один важный момент — это участие глобального центра. В основном я работаю с местными коллегами, это 90 % моего времени, здесь много всего происходит и ситуация непрерывно меняется, поэтому было очень полезно получать из главного офиса общую картину.

Расскажите подробнее, пожалуйста.

Приятно осознавать, что такие страны, как Польша и Республика Молдова, и простые люди решили помогать Украине. Теперь я знаю, что делают наши коллеги в Европе в отношении антиретровирусной терапии и международной помощи. В Украине приняты многие европейские стандарты. Наши нормативные требования к лекарствам и интеллектуальной собственности близки к европейским и не имеют аналогов в бывших странах Советского Союза. Наше законодательство содержит разделы, посвященные ключевым группам населения, и запрещает дискриминацию. Правительство Украины финансирует базовые услуги по профилактике ВИЧ для сотен тысяч людей из ключевых групп населения. Кроме того, у нас хорошо развиты услуги снижения вреда, поскольку в Украине высокому риску инфицирования ВИЧ подвергаются в основном люди, употребляющие инъекционные наркотики. Тысячи людей проходят опиоидную заместительную терапию и пользуются услугами доконтактной профилактики. Права лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендерных лиц и интерсексуалов также являются неотъемлемой частью стратегии по защите прав человека в нашей стране.  Подобных достижений очень немного в странах Восточной Европы.

Хотите еще что-нибудь добавить?

Для меня очень важно чувствовать связь с другими людьми, так что поддерживайте контакт! И должна сказать, что меня впечатлило то, как люди объединились. Украина сплотилась. Это мое оптимистичное наблюдение — люди оказывают огромную поддержку друг другу. Слава Украине!

Через десять дней после начала российских военных действий в Украине представитель ЮНЭЙДС побеседовал с Алексеем Квитковским, главой ресурсного центра «Волна» на Донбассе, принадлежащего Всеукраинскому объединению людей с наркозависимостью — неправительственной организации, которая работает с потребителями инъекционных наркотиков в Украине.

Как вы себя чувствуете, Алексей?

Я устал бояться и постоянно куда-то бежать. Я решил, что буду продолжать делать то, что делал в течение последних 14 лет — защищать права ключевых сообществ, особенно людей, употребляющих инъекционные наркотики, и нуждающихся людей.

Это не первая ваша встреча с войной?

Восемь лет назад, когда Российская Федерация атаковала восточную часть Украины, я был там. Как вы знаете, теперь эти области являются самопровозглашенными республиками. У меня трое детей, и двое из них родились во время этого конфликта: один — в 2014 году, другой — в 2019 году.

Я до сих пор работаю в четырех городах Луганской области, которые контролируются украинским правительством и расположены почти на передовой: Северодонецке, Лисичанске, Рубежном и Кременной.

Чем вы занимаетесь на работе в настоящее время?

Наша неправительственная организация получает и затем доставляет людям препараты для опиоидной заместительной терапии (ОЗТ), а также продукты питания и воду. У нас достаточно препаратов ОЗТ до конца месяца. Это около 28 дней, а что мы будем делать потом, я не знаю.

Кроме того, в некоторых городах затруднен доступ к антиретровирусной терапии. В основном мы сейчас определяем, кому чего не хватает и есть ли риск прерывания лечения.

Много ли людей уехали из вашего региона?

Очень немногие могут уехать, потому что у них попросту недостаточно средств для этого. Пока что эвакуируют только женщин, маленьких детей и пожилых людей.

Наша неправительственная организация обратилась к международным организациям, и мы получили помощь от Евразийской сети снижения вреда, Евразийской сети людей, употребляющих наркотики, и «Волны», и это очень помогло нам в оказании срочной помощи.

А вы сами?

Я просил жену взять детей и уехать во Львов. Я даже нашел для них место, где они могли бы жить, но она сказала, что не оставит меня, и поэтому она осталась здесь.

Но я боюсь. Я переживаю за своих детей и любимую жену.

Что позволяет вам двигаться дальше?

Каждый день я хожу на работу. Люди спрашивают меня, не боюсь ли я за свою жизнь. Я отвечаю на этот вопрос так: «Когда ты решаешь проблемы других, ты неосознанно забываешь о собственном страхе и о войне. Затем решение проблемы человека из сообщества становится для тебя главной задачей, и ты стараешься помогать ему всеми доступными способами».

24 февраля, в первый день военного конфликта, Валерию Рачинскую, живущую в Киеве, разбудили звуки артобстрела, но она лишь перевернулась на другой бок и попыталась снова заснуть. Она родилась в Луганске и в 2014 году уже была свидетельницей одного конфликта.

«Я думаю, что мой мозг проанализировал этот шум и понял, что у меня нет причин для беспокойства, — сказала она во время видеоконференции из небольшой деревни на Западной Украине. — Но когда я увидела, что мои дети плачут и боятся, то поняла, что нам снова придется переезжать».

Тем же вечером она с двумя сыновьями отправилась в бомбоубежище, а затем бросила свой дом в столице и вместе с братом и его семьей уехала из города.

Как директор по правам человека, гендерному и общественному развитию в организации 100% Life — крупнейшей сети людей, живущих с ВИЧ, в Украине, — она подчеркивает, что была вынуждена переехать в более безопасное место, чтобы продолжать помогать людям.

«Представьте, что вы находитесь в самолете, и произошла разгерметизация, — объясняет Валерия. — Сначала вы должны надеть маску на себя, а уже потом — на других».

Ключевым моментом для нее и ее организации было наличие доступа в Интернет, стабильной мобильной связи, открытых банков и относительного чувства безопасности. В эти дни ей казалось, что она работает оператором сложного пульта.

«Я отвечаю на все звонки и стараюсь перенаправить их нужным людям, — говорит она. — Все это происходит без остановки, и из-за большого количества атак и непредсказуемости у меня получается продвигаться вперед лишь маленькими шагами».

Она выражает благодарность руководителю организации 100% Life Дмитрию Шерембею за предварительное планирование.

«Многие говорят нам, что мы разводим лишнюю панику, но мы все же перевезли свои серверы, документы и все, что считается конфиденциальным, на Западную Украину, а часть — даже в Польшу и Германию».

Некоторые из ее коллег остались в Киеве, заявив, что справятся, но через 10 дней многие из них тоже уехали.

«Теперь мы сосредоточили усилия на эвакуации и перемещении людей, живущих с ВИЧ, и их семей, а также маргинализированных групп. Мы нанимаем для них автобусы, — рассказывает Валерия Рачинская, кутаясь в синюю толстовку. — Тем, кто живет не в Киеве, мы отправляем деньги банковскими переводами на покупку еды и других необходимых вещей».

В стране достаточный запас лекарств от ВИЧ на период до апреля, но при содействии международных партнеров и координации ЮНЭЙДС 100% Life уже запланировала срочную доставку в Польшу дополнительных партий жизненно важных лекарств. Правительство Польши предоставило склад и согласилось помочь с логистикой, чтобы обеспечить антиретровирусными препаратами людей, живущих с ВИЧ, в Украине.

Украина занимает второе место по масштабу эпидемии СПИДа в регионе. Согласно оценкам, в стране 250 000 человек, живущих с ВИЧ, более половины из которых получают антиретровирусную терапию. Для сохранения здоровья это лекарство им необходимо принимать ежедневно.

«Наша главная задача сейчас — спасать жизни, обеспечивать безопасность и стимулировать людей не бросать лечение», — говорит Валерия. Сеть 100% Life уже переработала ключевые аспекты своей программы, чтобы получить финансирование от Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией на удовлетворение неотложных потребностей.

Валерия Рачинская присоединилась к организации 100% Life в 2011 году и стала свидетельницей того, как Украина сделала огромный шаг к победе над эпидемией СПИДа. Она особенно гордится положительными результатами программ снижения вреда, включая опиоидную заместительную терапию и обмен игл и шприцев, благодаря которым в Украине значительно снизилось количество новых случаев заражения ВИЧ. ВИЧ в стране по-прежнему непропорционально сильно влияет на людей, употребляющих инъекционные наркотики, а текущая военная операция может поставить под угрозу возможность проведения заместительной терапии. По словам Валерии, 100% Life активно работает над тем, чтобы этого избежать.

Не меньшую обеспокоенность у нее вызывает вопрос защиты работников секс-бизнеса, лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендерных лиц и интерсексуалов, а также людей, употребляющих инъекционные наркотики. Помня о насилии и стигме, с которыми эти группы населения сталкивались во время конфликта на востоке Украины, она опасается, что представители ключевых групп населения и на этот раз станут жертвами насилия.

«Наша следующая задача — начать отслеживать нарушения прав человека, — говорит она. — Это очень важно для меня».

1 марта Марк Энджел, член Европейского парламента и бывший ответственный представитель по достижению целей 90–90–90 в области ВИЧ, провел виртуальное парламентское мероприятие, посвященное Дню борьбы с дискриминацией. Мероприятие было организовано совместными усилиями Глобального партнерства по искоренению всех форм стигматизации и дискриминации, связанных с ВИЧ (Глобальное партнерство), и в нем приняли участие высокопоставленные докладчики, заинтересованные в искоренении дискриминации в Европейском союзе (ЕС) и за его пределами.

Докладчики рассмотрели случаи нарушения прав, связанных с ВИЧ, общественные барьеры, в том числе законы и политики, а также стигматизацию и дискриминацию, которые способствуют распространению пандемии СПИДа. Основываясь на своей работе и накопленном опыте, они обсудили, как ЕС и его страны-члены могут способствовать развитию глобальной партнерской программы по искоренению дискриминационных законов, политик и практик в регионе ЕС и в странах-партнерах.

«Стигма и дискриминация негативно сказываются на борьбе с ВИЧ/СПИДом, поскольку являются серьезным препятствием для получения услуг тестирования, направления на лечение или продолжения лечения, — заявила Хелена Далли, комиссар ЕС по вопросам равенства. — Мы можем и должны бороться со стигмой и дискриминацией в связи с ВИЧ, открыто выражать свое мнение, собирать доказательства и делиться фактами и знаниями».

Данные, собранные местными сообществами и общественными организациями, свидетельствуют о значительном уровне стигмы и дискриминации, а также других нарушениях прав человека, которые влияют в ЕС на людей, живущих с ВИЧ или пострадавших от него, что усугубляется пандемией COVID-19.

«В ЕС по-прежнему наблюдается неравенство, которое является основным препятствием в противодействии ВИЧ, — заявил Ференц Багинский, исполнительный координатор организации AIDS Action Europe. — Глобальная стратегия противодействия СПИДу дает ЕС и его странам-членам отличную возможность совместно с населением положить конец неравенству, особенно в отношении целей 10–10–10».

«ЕС может внести очень важный вклад в борьбу со стигмой и дискриминацией в связи с ВИЧ, установив связи с различными проектами в области прав человека и гендерного равенства», — заявил Мандип Даливал, директор Группы по вопросам ВИЧ, охраны здоровья и развития Программы развития ООН.

«Используя свой опыт, ресурсы и политическое руководство для поддержки сообществ и стран-партнеров в искоренении стигмы и дискриминации, связанных с ВИЧ, ЕС может внести огромный вклад в противодействие ВИЧ», — заявил Мэтью Каванаг, временно исполняющий обязанности заместителя исполнительного директора ЮНЭЙДС по вопросам политики, просвещения и знаний.

На сегодняшний день к Глобальному партнерству присоединились 29 стран, ни одна из которых не является государством — членом ЕС.

Министр по вопросам сотрудничества в целях развития и гуманитарным вопросам Люксембурга Франц Файо объявил о вступлении Люксембурга в Глобальное партнерство (страна при этом стала первым вступившим в него государством — членом ЕС). «Мы поддерживаем работу Глобального партнерства и высоко ценим его роль в оказании помощи странам в достижении целей 10–10–10 путем отмены законов, которые наносят вред, и создания законов, расширяющих возможности. Стратегический подход Глобального партнерства и инклюзивная платформа для реагирования на различные нарушения прав человека, с которыми сталкиваются люди, живущие с ВИЧ, и маргинализированные группы населения, будут играть ключевую роль в борьбе с контрпродуктивной дискриминацией», — заявил г-н Файо.

«Международное партнерство — это уникальная возможность для ЕС и его стран-членов положить конец взаимному неравенству и несправедливости и добиться устойчивости к пандемиям как в масштабах Европы, так и в масштабах всего мира», — сказал г-н Энджел.

Катарина Ринзема, член Европейского парламента, рассказала о том, как важно открыто говорить о ВИЧ, бороться с заблуждениями и просвещать общественность. Кроме того, она рассказала о стигме и дискриминации лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендерных и интерсексуальных людей в ЕС. «У нас должна быть политика сдачи донорской крови, в которой не имеет значения, с кем у вас был секс, важно лишь то, был ли он безопасным», — говорит она.

Мария Уолш, член Европейского парламента, отметила, что стигма и дискриминация влияют на психическое здоровье и благополучие людей, живущих с ВИЧ, и призвала к реализации комплексной инклюзивной стратегии ЕС в области психического здоровья. «Чтобы разорвать порочный круг стигмы и расширить права людей, живущих с ВИЧ, очень важно открыто и честно говорить об их жизненном опыте», — заявила она.

В заключение г-н Энджел призвал государства — члены ЕС присоединиться к Глобальному партнерству и подчеркнул необходимость глобальных и согласованных действий по искоренению стигмы, дискриминации и неравенства, связанных с ВИЧ, а также СПИДа к 2030 году.

Наргис родилась в Душанбе, Таджикистан, в многодетной семье. Жизнь была непростой, и ее отдали в интернат для малообеспеченных семей. Ее любимым предметом в школе была физкультура, особенно хорошо получались баскетбол и плавание. Она надеялась, что после окончания школы в 1991 году с дипломом по физическому воспитанию она продолжит обучение в техникуме.

Однако из-за волнений в стране она не смогла продолжить учебу. «Я проплакала полгода, очень хотела продолжить учебу, но вместо того, чтобы пойти в техникум, родители выдали меня замуж. Мне тогда еще не было 16 лет», — рассказала Наргис. Когда ей было 17 лет, она родила сына; через пять лет, будучи беременной вторым ребенком, она узнала, что ее муж занимается наркоторговлей, и его посадили в тюрьму.

С этого времени Наргис пришлось обеспечивать себя и семью самостоятельно. Она устроилась на работу в казино. Заработок был хороший, но именно там она начала принимать наркотики. «Я была стеснительной девушкой, поэтому, чтобы расслабиться, я принимала наркотики. Оттуда я вышла наркоманкой. Я даже не заметила, как это произошло», — вспоминала она.

В конце концов ее уволили с работы из-за употребления наркотиков, и она была вынуждена искать другие способы выжить.

Наргис употребляла наркотики в течение 14 лет, но начала опиоидную заместительную терапию, когда она стала доступна в стране. «Когда я была на метадоне, меня наняли равным консультантом. Я работала с наркоманами, с людьми, живущими с ВИЧ. Я работала консультантом в нескольких проектах по профилактике ВИЧ», — рассказала Наргис.

Наргис оставалась на метадоне до мая 2021 года. «В прошлом году мне пришлось прекратить прием метадона, потому что меня посадили в тюрьму, а метадона в тюрьме не было. Было очень тяжело, я несколько месяцев лежала в тюремной больнице, но в результате слезла с метадона и пока держусь».

Наргис посадили в тюрьму по 125 статье Уголовного кодекса Таджикистана, согласно которой инфицирование ВИЧ или создание риска передачи ВИЧ-инфекции является уголовным преступлением. На основании этой статьи правоохранительные органы возбуждают уголовные дела в отношении людей, живущих с ВИЧ, только на основании потенциальной угрозы передачи ВИЧ или просто на основании их ВИЧ-положительного статуса.

«Я принимаю антиретровирусную терапию с 2013 года. Никогда не прерывала ее. У меня неопределяемая вирусная нагрузка. Заявление на меня никто не писал. Я никого не инфицировала. Обвинение было выдвинуто на основании записки знакомого мне человека, потому что мы встречались», — рассказала Наргис.

Законодательство не учитывает информированное согласие другого полового партнера, независимо от того, существовал ли риск инфицирования ВИЧ или принимал ли человек, живущий с ВИЧ, меры предосторожности, чтобы не передать ВИЧ. Кроме того, законодательство не определяет, как человек, живущий с ВИЧ, должен декларировать свой ВИЧ-статус. По сути, все люди, живущие с ВИЧ, которые занимаются сексом, могут быть привлечены к уголовной ответственности.

Свой позор Наргис объяснила так: «В правоохранительные органы вызывали всех, врачей, моих коллег, родственников, и рассказывали всем о моем диагнозе ВИЧ, спрашивали, в каких отношениях мы состояли, позорили меня».

«Статья 162 Кодекса здравоохранения дает право врачам раскрывать статус ВИЧ-инфицированных пациентов по запросу следственных органов и не содержит для этого никаких оснований. Некоторые уголовные дела по части 1 статьи 125 были возбуждены после того, как СПИД-центр раскрыл правоохранительным органам информацию о ВИЧ. В ходе следствия и судебного разбирательства не обеспечивается право подсудимых на конфиденциальность информации о своем ВИЧ-статусе, поскольку следователи, должностные лица, судебные секретари и судьи могут запросить медицинскую информацию в соответствии с положениями Кодекса о здравоохранении без каких-либо особых условий», – рассказала Лариса Александрова, юрист.

Наргис сейчас свободна, но она сказала, что ей просто повезло. «Меня освободили по амнистии в связи с 30-летием республики».

Она вышла из тюрьмы, но есть еще десятки осужденных по статье 125. Теперь, когда все знают, что она живет с ВИЧ, Наргис готова бесстрашно бороться за право жить, работать и любить, несмотря на свой ВИЧ-статус.

Наргис продолжает работать в качестве волонтера-консультанта по вопросам профилактики ВИЧ. У нее много планов, но главная цель, к которой она стремится, – это пересмотр статей, криминализирующих ВИЧ в Таджикистане.

«Я всегда говорю, что должно быть больше информации о ВИЧ, о людях, живущих с ВИЧ, чтобы они не боялись нас так, как сейчас. Сейчас все изменилось, есть лечение, есть профилактика. Диагноз ВИЧ не должен быть обвинительным приговором — это просто диагноз».

В большинстве стран региона Восточной Европы и Центральной Азии предусмотрена уголовная ответственность и различные виды наказаний, включая тюремное заключение, за сокрытие источника заражения ВИЧ, поставление в опасность передачи или за передачу ВИЧ. Криминализация ВИЧ непропорционально затрагивает маргинализированные группы населения, особенно женщин. Женщины с большей вероятностью узнают о своем ВИЧ-статусе при обращении за медицинской помощью, например, в связи с беременностью, и чаще подвергаются уголовному преследованию и наказанию.

«Мы достоверно знаем, что криминализирующие ВИЧ законы контрпродуктивны, они подрывают, а не поддерживают усилия по предотвращению новых случаев инфицирования ВИЧ. Мы надеемся что при консолидации усилий государств и общественных организаций в ближайшее время удастся пересмотреть устаревшие законы с учетом новейших данных о ВИЧ, которые позволят людям, живущим с ВИЧ, или тем, кто подвергается наибольшему риску инфицирования, быть открытыми во взаимоотношениях с медицинскими организациями, раскрывать свой ВИЧ-статус или пользоваться доступными медицинскими услугами», - подчеркнула Элеанора Гваздева, и.о. Директор Региональной группы поддержки ЮНЭЙДС для стран Восточной Европы и Центральной Азии.

В тот день Пит из Бангкока (Таиланд) жил привычной жизнью и работал. У него был бизнес по импорту и экспорту свежих овощей между соседними странами Юго-Восточной Азии — семейное предприятие, управляемое вместе с сестрой. Он был счастлив в серьезных долгосрочных отношениях со своим партнером, и все казалось идеальным. В тот день он вместе со своим партнером прошел тестирование на ВИЧ, и его жизнь внезапно стала меняться.

«Я узнал о своем ВИЧ-статусе в 2016 году и вскоре после этого оставил свой бизнес, потому что не знал, сколько мне еще осталось. У меня не было ни актуальной информации, ни поддержки психического здоровья. Я был в плену заблуждений о ВИЧ и погрузился в депрессию, — сказал он. —

Я винил себя в том, что заразился ВИЧ, и не мог смириться с этой мыслью». «Я стал употреблять наркотики, занимался сексом под влиянием психоактивных веществ, расстался со своим партнером и пытался покончить жизнь самоубийством, — продолжил он. — Но, получив поддержку от местных организаций людей, живущих с ВИЧ, я решил вернуть себе контроль над своей жизнью. Я начал открыто говорить о ВИЧ, чтобы помочь другим молодым людям с положительным статусом. Я знал, что обязан это делать, хотя никогда этого не планировал. Вот почему я стал активистом по борьбе за права живущих с ВИЧ», — добавил он.

Сегодня Пит (известный в Интернете как «Пит, живущий с ВИЧ») — широко известный в Таиланде ВИЧ-активист, который прошел долгий путь с момента постановки диагноза. В последние несколько лет он создает онлайн-сообщество людей, живущих с ВИЧ. В этом безопасном пространстве люди могут общаться, чувствуя себя достаточно комфортно, чтобы делиться своими историями и опытом в открытой среде, свободной от стигмы и дискриминации. Его группа в Facebook, членство в которой (по очевидным причинам) строго регламентировано, насчитывает более 1300 участников.

«Я создал это пространство, потому что мне негде было поделиться своей историей. Я хотел создать платформу, где люди, живущие с ВИЧ, могут гордиться собой и знать, что они не одиноки. Никто не заслуживает стигмы, травли и унижения. Все заслуживают любви, уважения и признания», — сказал он.

В 2019 году было объявлено об образовании Таиландского партнерства для устранения дискриминации: оно призывает усилить сотрудничество между правительством и гражданским обществом для искоренения стигмы и дискриминации за пределами медицинских учреждений, включая рабочие места, систему образования и правосудия. ЮНЭЙДС участвует в этой программе с самого ее начала, оказывая техническую помощь по формулированию стратегии нулевой дискриминации и пятилетнего плана действий, разработке плана мониторинга и оценки, а также реализации стратегии совместной деятельности государственных органов и общественности.

Пит считает, что эта инициатива является краеугольным камнем для победы над эпидемией СПИДа, ведь стигма и дискриминация по-прежнему остаются главным препятствием на пути к получению услуг, связанных с ВИЧ. «Хотя за эти годы ситуация намного улучшилась, я все еще сталкиваюсь со стигмой и дискриминацией, когда хожу на регулярные медосмотры на наличие заболеваний, передающихся половым путем. Меня по-прежнему осуждают медсестры и врачи», — сказал он.

Пит также стал активистом-энтузиастом и говорит о важности концепции «Нельзя обнаружить = нельзя передать» (U = U) на международных форумах и конференциях. «Концепция U = U изменила мою жизнь. Я продолжаю бороться за нее и продвигать ее, ведь ее принципы способны изменить жизнь людей, живущих с ВИЧ и пострадавших от него. Но важнее всего то, что данная концепция может изменить отношение общества для борьбы со стигмой и дискриминацией», — сказал он.

Благодаря концепции U = U лечение ВИЧ изменило ситуацию в сфере профилактики ВИЧ. Ее принципы очевидны и судьбоносны: проходя лечение от ВИЧ и достигнув невыявляемого уровня вирусной нагрузки, люди, живущие с ВИЧ, не могут заразить своих партнеров. Узнав, что они больше не могут заразить других половым путем, ВИЧ-инфицированные люди ощущают уверенность в себе и свободу выбора, чтобы поддерживать текущие отношения и начинать новые.

В 2020 году Пит запустил кампанию, посвященную концепции U = U и защите психического здоровья. «Через свои каналы в социальных сетях я помогаю понять, как важно прислушиваться к людям и их опыту, а также уважать их. Концепция U = U помогает людям, живущим с ВИЧ, преодолеть внутреннюю стигму и негативные чувства, такие как стыд, которые закрывают им доступ к лечению и (или) к его продолжению. Концепция U = U вдохновляет людей, живущих с ВИЧ, напоминая им о важности чувства собственного достоинства», — сказал он.

Сейчас Пит укрепляет партнерские отношения с заинтересованными лицами в стране и союзниками по противодействию ВИЧ, чтобы как можно больше людей узнавало о концепции U = U, профилактике ВИЧ и борьбе с дискриминацией. Он также представляет межотраслевую рабочую группу разработки и внедрения «Индекса стигматизации людей, живущих с ВИЧ» в Таиланде, которая начнет работу в этом году. Он поддерживает ООН в проведении различных кампаний в Таиланде, включая кампанию ко Дню Святого Валентина «Каждый достоин любви» и кампанию по борьбе с дискриминацией, вовлекая молодежь со всего Таиланда.

В свете недавнего обнаружения нового варианта ВИЧ мы поговорили с вирусологом и техническим специалистом ЮНЭЙДС Люсиасом Зембе о влиянии нового варианта на глобальное противодействие ВИЧ.

Чем отличается этот новый вариант ВИЧ? 

ВИЧ — один из самых быстромутирующих вирусов, которые когда-либо были исследованы: варианты вируса могут меняться у разных людей, а иногда и у одного человека. Его способность быстро мутировать, изменяться и передаваться между людьми является основным препятствием для разработки вакцины против ВИЧ — такие вакцины по-прежнему отсутствуют, и заболевание остается неизлечимым. 

До сих пор мутации ВИЧ не освещались широко в СМИ из-за эффективности и доступности соответствующей антиретровирусной терапии. 

Недавно открытый вариант ВИЧ подтипа B может вызывать более тяжелое протекание инфекции. Согласно исследованию, проведенному под руководством Криса Вайманта, вирусная нагрузка у людей, инфицированных этим вариантом, в среднем в четыре раза превышает обычную вирусную нагрузку, а иммунитет у них снижается в два раза быстрее, что повышает риск развития СПИДа. К счастью, как и в случае с другими выявленными на сегодняшний день мутациями ВИЧ, этот вариант легко поддается лечению при помощи всех доступных стандартных антиретровирусных препаратов.

Таким образом, не нужно паниковать: вирусам свойственно мутировать, а текущие методы лечения ВИЧ-инфекции эффективны и для варианта ВИЧ подтипа В.

Однако 10 миллионов живущих с ВИЧ людей по всему миру по-прежнему не получают антиретровирусную терапию, поэтому необходимо приложить огромные усилия, чтобы охватить людей, столкнувшихся с маргинализацией и стигмой, и обеспечить им доступ к жизненно важному лечению, которое также предотвращает дальнейшую передачу ВИЧ. 

Что следует изменить в глобальных мерах противодействия ВИЧ?

Важно быстро выявить людей, инфицированных ВИЧ, и начать лечение на ранней стадии, поскольку лечение эффективно даже при этом варианте вируса. Не менее важно добиться сохранения вирусной супрессии у людей, которые получают лечение, мотивируя их соблюдать схему лечения. Кроме того, результаты исследования подчеркивают необходимость подготовки к пандемии и формирования системы контроля для быстрого обнаружения, классификации новых версий патогенных микроорганизмов и принятия соответствующих мер.

Какие выводы можно сделать в связи с открытием нового варианта?

Меры в ответ на ВИЧ должны быть ориентированы на предотвращение новой волны эпидемии ВИЧ, особенно в период пандемии COVID-19, когда огромные ресурсы и инфраструктура, предназначенные для противодействия ВИЧ, были переориентированы на борьбу с COVID-19.

В наше время пандемия ВИЧ забрала жизни самого большого числа людей и остается серьезной проблемой общественного здравоохранения. 38 миллионов человек в мире живут с ВИЧ, из них 10 миллионов не получают лечение. В 2020 году около 680 000 человек умерли от болезней, связанных со СПИДом, а 1,5 миллиона заразились ВИЧ. 

Во время пандемии COVID-19 работа по профилактике ВИЧ была прервана и сократилось число людей, которые начали получать лечение от ВИЧ. Необходимо приложить значительные усилия в этих областях, а также инвестировать в исследования и разработки вакцины и лекарств, чтобы положить конец пандемии СПИДа к 2030 году в рамках Целей устойчивого развития.

Стигма и дискриминация — лишь некоторые из многих препятствий, отделяющих ключевые группы населения от качественных медицинских услуг, которые им необходимы. Это негативно сказывается на их здоровье и способности успешно справляться с заболеваниями и чрезвычайными ситуациями в области здравоохранения.

Дискриминация, распространенная в медицинских учреждениях, может быть особенно губительной. Согласно данным, предоставленным ЮНЭЙДС по странам, доля представителей ключевых групп населения, которые избегают медицинских услуг из-за стигмы и (или) дискриминации, остается на довольно высоком уровне. Во всех ключевых группах населения по меньшей мере в одной из трех стран, включенных в отчет, более 10 % респондентов избегали медицинского обслуживания, в том числе в трех из четырех стран — услуг для людей, употребляющих инъекционные наркотики.

Устранение вредоносных законов, таких как законы о секс-бизнесе, однополых сексуальных отношениях, употреблении или хранении наркотиков для личного пользования, сокрытии информации о ВИЧ, создании риска заражения или передачи ВИЧ, — один из способов преодоления стигмы и дискриминации и, соответственно, расширения охвата услуг среди ключевых групп населения.

В театре АРТиШОК в г. Алматы, Казахстан, недавно состоялась премьера необычного спектакля: среди актрис были женщины, живущие с ВИЧ, бывшие заключенные и женщины, употребляющие наркотики. Они сыграли роли женщин, столкнувшихся со стигмой, дискриминацией и насилием, - отголоски их собственных жизненных историй.

Спектакль, сценарий для которого написали сами активистки, был инициирован Центром комплексной поддержки «Реванш» (также известного как Фонд «Реванш») при поддержке странового офиса ЮНЭЙДС в Казахстане и Евразийской сети женщин, живущих с ВИЧ.

«Идея социального театра – это мечта, ставшая, наконец, реальностью, — рассказала Анна Козлова, социальный работник общественного фонда «Реванш». — Мы решили рассказать о том, какое испытали насилие. Ведь оно бывает не только физическим или сексуальным. Быть отвергнутой обществом, подвергаться дискриминации  — это тоже насилие, уже психологическое».

Надежда Пляскина, режиссер спектакля, рассказала, что работать с начинающими актрисами было непросто: «Боялась и я сама: у этих женщин такой жизненный опыт, чему я могу их научить? К тому же нужно было преподать актёрское мастерство так, чтобы не ранить: они все уязвимы. Каждая репетиция открывала их мне как настоящих, удивительных, замечательных людей. Я говорила им: «Играйте сердцем».

И они играли сердцем, рассказывая свои истории о заключении, насилии, стигме, одиночестве и надежде. Спектакль имел большой успех и широко освещался казахстанскими СМИ.

Г-жа Козлова начала употреблять наркотики, когда ей было 17 лет, из-за чего она провела в тюрьме  в общей сложности 17 лет. «Все женщины, которые выходят из тюрьмы, уже жертвы. Они сломлены, уязвимы, не знают, как жить, куда идти. Им нужно помочь стать сильными». Четыре года назад она сама обратилась за помощью в фонд «Реванш», и там нашла работу, семью и предназначение. «Я знаю по своему опыту, что все можно изменить», — сказала она.

Зульфия Сапарова живет с ВИЧ 15 лет; она получает антиретровирусную терапию и работает равным консультантом в организации «Равный равному – плюс». Она сталкивалась с оскорблениями и насилием и об этом рассказала со сцены. «Моя героиня выходит на сцену со сковородой в руках. Эта история отпечаталась в моей памяти: моя соседка постоянно ходила с синяками под глазами. Ее избивал пьяный муж. Однажды к ней в гости приехала дочь, и синяк появился уже под глазом у мужа — так она защитила свою мать, огрев его сковородой».

Наталья Ковалева, социальный работник фонда «Реванш», провела в тюрьме восемь лет. Последний ее срок — три года и принудительное лечение от наркозависимости. В настоящее время она работает с молодыми людьми, употребляющими наркотики, по профилактике ВИЧ. «Если бы не фонд «Реванш», я была бы либо за решеткой, либо мертва», — сказала она. — А здесь у меня есть миссия».

Героиня, которую она играет, сталкивается с физическим и психологическим насилием, тотальным контролем, запретами и побоями. «Я не хочу вызывать жалость, поэтому сыграла сильную, независимую женщину, которая отказывается терпеть издевательства. Все это было в моей собственной жизни», — сказала г-жа Ковалева.

Фонд «Реванш» помогает женщинам , оказавшимся в трудной жизненной ситуации, в том числе, женщинам, живущим с ВИЧ, женщинам, употребляющим наркотики, детям, проживавшим в детских домах, и бывшим заключенным.

Елена Билоконь, директор фонда «Реванш», говорит, что ее работа ориентирована на помощь наиболее социально незащищенным женщинам, для которых не существует государственных программ поддержки. «Да, государство обеспечивает препаратами от ВИЧ-инфекции, но психологической и социальной поддержки нет. Только в этом году за нашей помощью обратились 285 женщин», — добавила она.

«Существует четкая связь между насилием в отношении женщин и ВИЧ-инфекцией. Исследования показывают, что женщины, живущие с ВИЧ, чаще подвергаются насилию, а женщины, подвергшиеся насилию, чаще живут с ВИЧ», — сказала Габриэла Ионеску, страновой директор ЮНЭЙДС в Казахстане. «По этой причине ЮНЭЙДС подчеркивает необходимость борьбы с насилием в отношении женщин как ключевой проблемы прав человека и необходимость оказания поддержки наиболее уязвимым женщинам, включая социальную и психологическую помощь».

Следующий спектакль состоится 1 марта, в День Ноль Дискриминации.  Активистки также планируют показать спектакль в нескольких тюрьмах Казахстана.

Реализация совместного проекта ЮНЭЙДС и Международной ассоциации поставщиков услуг по уходу в сфере СПИДа (IAPAC) «Ускорение работы в крупных городах» началась в 2018 году под руководством ЮНЭЙДС и IAPAC при финансовой поддержке Агентства США по международному развитию. Признавая важную роль городов в достижении национальных и глобальных целей по противодействию ВИЧ и искоренению СПИДа к 2030 году, авторы проекта призывают обеспечить стратегическую техническую поддержку 15 городам с высокой нагрузкой для ускоренного принятия мер в ответ на ВИЧ. На 15 городов (Блантир, Этеквини, Джакарта, Йоханнесбург, Кампала, Кигали, Кингстон, Киншаса, Киев, Лагос, Лусака, Мапуто, Найроби, Виндхук и Яунде) приходится около 3 миллионов человек, живущих с ВИЧ. Проект реализуется в тесном сотрудничестве с местными правительствами и заинтересованными сторонами с учетом местных реалий, эпидемий и приоритетов. Техническая поддержка предоставляется для разработки и реализации стратегических планов по противодействию ВИЧ в городах, создания благоприятной среды для оптимизированного предоставления услуг, связанных с ВИЧ, улучшения сбора, анализа и использования данных, а также наращивания потенциала врачей и сообществ для оптимизации услуг и искоренения стигмы в медицинских учреждениях.

За последние четыре года проект принес важные результаты и привел к существенным изменениям на городском уровне. Благодаря постоянной поддержке и приверженности мэров и городских лидеров общей идее этот проект стал катализатором действий на различных уровнях. Улучшение координации, укрепление партнерских отношений, активное участие гражданского общества и внедрение инноваций для охвата ключевых и уязвимых групп населения привели к увеличению потребления услуг, связанных с ВИЧ, а города взяли на себя роль лидеров во время пандемии COVID-19, чтобы обеспечить непрерывность предоставления услуг. Улучшенные системы стратегической информации, мониторинга и оценки позволяют городам отслеживать меры в ответ на ВИЧ и сообщать об эпидемиях. Занятия под руководством IAPAC прошли почти 10 000 человек.

Во время недавно проведенного вебинара сотрудники ЮНЭЙДС из разных стран, оказывающие поддержку четырем городам — участникам программы, поделились своим опытом.

Город Кингстон на Ямайке, в котором проживает 35 % всех людей, живущих с ВИЧ в этой стране, реализует меры по решению оставшихся проблем, связанных с законами и политиками, оказывающими негативное влияние на общество.

«Одним из направлений нашей деятельности в рамках проекта "Ускорение работы в крупных городах" является тесное сотрудничество на уровне сообществ, поскольку именно здесь мы видим самую большую проблему, связанную со стигмой и дискриминацией», — заявил Рубен Пахес Рамос, советник ЮНЭЙДС по поддержке населения на Ямайке.

В попытке решить проблему стигмы ЮНЭЙДС в партнерстве с Ямайской сетью людей, живущих с ВИЧ, инициировала создание пространств без стигмы, призванных обратить на нее внимание населения и обеспечить уважительное, инклюзивное и трансформационное пространство для бизнеса, здравоохранения, образования, правосудия, развлечений и религии. Муниципалитет Кингстона объявлен первым местом, свободным от стигмы, на Ямайке, и мэр стремится полностью освободить свой город от стигмы.

В Этеквини (Дурбан, ЮАР) в рамках общественного проекта по поддержке детей и молодежи в Инанде, крупнейшем районе Дурбана, был заключен договор с Национальной ассоциацией специалистов по уходу за детьми. Основная цель заключалась в оказании услуг, связанных с ВИЧ, детям и молодежи, а также в помощи людям, живущим с ВИЧ, и искоренении стигмы в обществе.

«Этот проект дал потрясающие результаты, и, если масштабировать его, мы сможем добиться еще большего», — заявила Мириам Чипимо, советник ЮНЭЙДС по ускорению мер в ответ на ВИЧ в ЮАР.

Одним из ключевых результатов в течение короткого пятимесячного периода реализации проекта стало создание четырех общественных групп, которые оказывают молодым людям услуги консультирования и коммуникации по вопросам изменения поведения. Кроме того, около 2500 молодых людей смогли воспользоваться услугами тестирования на ВИЧ (получившие положительный результат были направлены на лечение антиретровирусными препаратами), и почти 2000 человек получили важную информацию о противодействии стигме в связи с ВИЧ, туберкулезом и COVID-19.

Также через администрацию мэра и департамент здравоохранения была организована поддержка участия ключевых заинтересованных сторон, налажена связь с организацией Чрезвычайного плана президента США для оказания помощи в связи со СПИДом и осуществлена координация деятельности общественных организаций в Инанде.

Проект «Ускорение работы в крупных городах» в Лусаке (Замбия) позволил существенно усилить координационные механизмы многосекторного подхода к противодействию ВИЧ в городе. В Лусаке был создан Технический комитет проекта, в который вошли представители районного комитета по ВИЧ и СПИДу, районной медицинской группы, гражданского общества, партнеров по внедрению мер в ответ на ВИЧ, организаций людей, живущих с ВИЧ, и Консорциума ключевых групп населения.

«Принимая во внимание правовую среду в Замбии, очень сложно было привлечь лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендерных лиц, интерсексуалов и работников секс-бизнеса, но в рамках проекта "Ускорение работы в городе Лусака" они собрались вместе и пообщались с лидерами гражданских групп, руководством и различными заинтересованными сторонами», — рассказал Кеннет Мванса, советник ЮНЭЙДС по поддержке населения в Замбии.

В свете необходимости инновационных подходов к охвату групп населения с повышенным риском заражения ВИЧ в Лусаке была создана группа инноваций, в которую вошли работники секс-бизнеса, лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендерные лица и интерсексуалы, люди, живущие с ВИЧ, а также делегаты от организаций подростков и молодых женщин.

В связи с разработкой пятилетнего стратегического плана действий по борьбе с ВИЧ в городе впервые была создана группа функционального мониторинга и оценки для координации сбора данных о ВИЧ на уровне района и более эффективного мониторинга эпидемии ВИЧ и ответных мер.

Координация мер в ответ на ВИЧ в Кампале (Уганда) улучшилась благодаря полной функциональности и вовлеченности Комитета подразделения по СПИДу и формированию прочных партнерских отношений с администрацией Кампалы и Альянсом мэров и лидеров муниципальных образований для решения вопросов, связанных со СПИДом, в Африке.

В рамках мероприятий по охвату и привлечению ключевых групп населения и молодых людей в Кампале были составлены карты услуг, связанных с ВИЧ, которые доступны для ключевых групп населения в пределах города. В 2021 году было запущено мобильное приложение, призванное повысить потребление услуг профилактики и лечения от ВИЧ среди ключевых и уязвимых групп населения. Сотрудники администрации Кампалы и представители ключевых групп населения приняли участие в разработке этого приложения и прошли обучение его использованию. Приложение размещено на официальном веб-сайте города для обеспечения его доступности. «Помимо карты услуг, приложение также содержит раздел с рекомендациями и обзором услуг. Кроме того, оно предоставляет информацию по типам услуг, например доконтактной профилактике», — говорит Цедай Алемсегед из странового отделения ЮНЭЙДС в Уганде.

Также в Кампале ведутся мероприятия, направленные на информирование населения по вопросам профилактики ВИЧ, уязвимости перед тяжелыми формами COVID-19, равенства, стигмы и дискриминации.

На интерактивной карте городов, участвующих в программе, публикуются рекомендации и стратегическая информация из других городов-участников. Карта находится по адресу https://fasttrackcitiesmap.unaids.org/.

Проект будет продолжаться до середины 2023 года. Опыт, полученный в ходе реализации проекта, будет использован для разработки плана действий по противодействию ВИЧ в городских условиях в соответствии с Глобальной стратегией противодействия СПИДу на 2021–2026 гг. «Искоренить неравенство, искоренить СПИД».